?

Log in

Пн, 1 янв, 2024, 00:00

ВОПИЮЩИЙ В ПУСТЫНЯХ
Мизантропия online. Великому Фракталу посвящается.


ПРЕДУВЕДОМЛЕНИЕ

Будучи чернокнижником, жыдонацистом и каннибалом, автор считает нужным предупредить первый и последний раз:
Материалы, содержащиеся в данном журнале, абсолютно бессмысленны, но при этом крайне аморальны, кощунственно богохульны, шовинистины по отношению ко всем, направлены на разжигание всяческих розней, всенепременно могут нанести ущерб интересам т. н. "россии", а также причинить вред здоровью и развитию пресловутых "детей". В силу данных обстоятельств автор убедительно рекомендует по прочтении настоящего уведомления немедленно закрыть страницу и браузер, промыть глаза нашатырным спиртом, выключить осквернённый компьютер, снести его на помойку, настучать Куда Надо и уйти в монастырь. Кто не спрятался - я не виноват.

P. S. Представителям государственной власти вход строжайше воспрещён. Извольте выйти вон.
P. P. S. Возрастная категория - 120+.

<Здесь предполагалось разместить свастики, пентаграммы, перевёрнутые кресты, фотографии расчленёнки и фошыццких вождей, карикатуры на путина, сталина, гундяева и мухаммада, пропаганду тяжёлых наркотиков и курения, глумление над "национальными святынями", а также другие материалы, оскорбляющие религиозные чувства всевозможных фанатов. Но автор банально поленился.>

Вс, 12 мар, 2017, 07:03

Крокодилы подали в суд на Шиллера.

Пт, 25 ноя, 2016, 10:38

АРХИВЫ, АРХИВЫ...

Ещё одна наивная работа двадцатилетней давности:

Чт, 24 ноя, 2016, 07:17

ЕЩЁ ИЗ АРХИВОВ...

Качество, понятно, вырвиглазное, но двадцать лет назад на Pentium-120 с восемью мегабайтами оперативной памяти сделать лучше было затруднительно.

Чт, 15 сент, 2016, 09:36

Общеизвестно, что все мои вербальные злобствования обусловлены исключительно чёрной завистью, ибо с рождения являюсь я кривым, горбатым, колченогим, картавым и фурункулёзным карлой. Ныне эта точка зрения может быть убедительно подтверждена нижеследующим художественным материалом, изображающим мою скромную персону в дни уже весьма отдалённой юности:



Ég er í skógur tröll

Сб, 20 авг, 2016, 11:49

STELLA ĂQUĬLŌNIS

Снова из архивов:



P. S. Насчёт музыки (см. ниже): в кои-то веки фрицы с гансами порадавали как музыкально, так и визуально. Чуть ли не впервые со времён старика Вагнера.

Ср, 17 авг, 2016, 10:46

...ПРЕДАНЬЯ СТАРИНЫ ГЛУБОКОЙ...

Ничего экстраординарного - просто два орнаментальных кольца из архива:

Пт, 12 авг, 2016, 09:12

ДЕЛА ДАВНО МИНУВШИХ ДНЕЙ...

Во времена зело отдалённые, когда я занимался самиздатом, меня живо занимали вопросы художественного оформления печатных изданий (небезынтересны они мне и сейчас, но в несколько ином контексте). Стараясь не злоупотреблять заимствованиями, я пытался создавать это оформление самостоятельно в меру скромных возможностей. Результатом стал ряд графических работ различной степени удачности, некоторые из которых я по результатам недавно прошедшей ревизии архивов я решил опубликовать.
Вот, например, орнаментальная рамка для вертикальной страницы формата A5:

Чт, 14 июл, 2016, 13:44

ЖИВЫЕ ДУШИ

Великим русским фантастам Николаю Васильевичу Гоголю и Михаилу Евграфовичу Салтыкову-Щедрину посвящается. Надеюсь, покойные классики смогут великодушно простить меня за то, что я без всякого дурного умысла воспользовался их поныне живыми трудами.

История эта произошла когда-то в одном, как было принято раньше писать, уездном городе. Может, то был Тупов, а может, Усть-Мухобойск или же один из несчётных Верхонижненсков, которых немало разбросано по российской земле. Простоты для, и чтоб никого - не приведи Господь! - не обидеть, будем звать его просто городом Эн.
Итак, в один из тех октябрьских дней, когда осень, шелестя лёгким серым дождиком по палой листве, окончательно вступила в свои права, на привокзальную площадь города Эн въехал чёрный "Нексус" последней модели, в каких обыкновенно ездят только Очень Значительные Лица. Автомобиль плавно подкатил к невысокому грязно-голубому зданию вокзала и остановился. Несколько мгновений он стоял без малейших признаков жизни внутри, а затем задняя дверь отворилась, и из упоительно мягких недр неторопливо вылез неизвестный в городе человек.
Захлопнув дверь, скрывшую за тонированными стёклами салон, незнакомец оправил одежду, широко перекрестился на обшарпанную церковь семнадцатого века и оглядел площадь. То была обыкновенная, не слишком просторная площадь уездного города, где скорее встретишь гуляющих кур, нежели автомобиль, и где мостовую не чинили, наверное, со времён государыни Екатерины.
Надобно сказать, само появление "Нексуса" вызвало у обывателей города Эн, единодушно мнивших венцом мирового автостроения "Волгу" главы городской администрации отставного полковника госбезопасности Свиреп-Ворчеева, недюжинное любопытство. Бывшие в то время на площади стали осторожно, с опаской перед несомненно высоким начальством подходить, разглядывая машину и приехавшего господина.
В том, что приезжий есть именно господин, а не гражданин или тем паче товарищ, сомнений не возникало ни самомалейших. Был он уже далеко не молод, но ещё не стар, не худ, однако же и не чересчур толст. Одежда его состояла из осеннего пальто, шерстяного мохнатого шарфа, серых брюк и штиблет чистоты такой необыкновенной, какой в городе никогда не было видано. В общем, внешне почти ничем не уступал он опередившему его на полтора столетия Павлу Ивановичу Чичикову. Вот, разве что, лицо приезжего в отличие от чичиковского не заключало в себе ничего приятного. Напротив, и так несовершенное от природы, оно носило явственные следы душевных пороков. Но обыватели, сами будучи далеко не образцами грезовских головок да и не без греха в душе, на лицо-то должного внимания не обратили: взгляды были прикованы к непредставимо дорогой одежде незнакомца, и машине, недоступной простым смертным, как Божья Благодать.
Тем временем из передних дверей "Нексуса" вылезли два бритых наголо могучих человека, похожих, словно братья-богатыри, чертами лиц, чёрными костюмами и даже одинаково съехавшими вбок красными галстуками. Вышедший первым господин что-то коротко сказал им, после чего они, подойдя к толпящейся поодаль общественности, популярно объяснили, что их босс - человек в пальто, зовущийся, кстати, господином Ж., - известный в столице филантроп, и что он приехал в город, дабы облагодетельствовать его жителей. Сами богатыри представились помощниками господина Ж. Петром Александровичем и Селифаном Дмитриевичем.
В продолжение объяснений по собравшейся толпе то и дело проходил недоумённый шёпот; когда же они закончились, воцарилась недоверчивая тишина. Сколь ни простодушны были обитатели сей русской глубинки, к подобным доброхотам всё-таки относились с подозрением. Лет десять назад они, поддавшись искушению лёгкими деньгами, поголовно вложили сбережения в акционерное общество с непонятным названием "ККК", обещавшее шестьсот шестьдесят шесть процентов годовых. Деньги энцы, разумеется, потеряли, зато запомнили накрепко.
Обжёгшись на молоке, будешь дуть и на воду. Обыватели нисколько не верили речам помощников, хотя и расходиться не спешили, совершенно по-русски затаив мысль: "Вот я уйду, а вдруг действительно что-нибудь давать будут!" Вследствие этого да ещё и свойственного провинциалам любопытства толпа понемногу увеличивалась за счёт жителей близлежащих домов и случайных прохожих.
Наконец, когда вокруг скопилось изрядное количество народа, один из братьев-богатырей - кажется, Пётр Александрович - подошёл к машине, на мгновение приоткрыл дверь и достал с заднего сидения увесистую на взгляд кожаную сумку. Второй брат поднял руки, призвав загалдевшую было толпу к тишине, и, возвысив без того неслабый голос, сказал:
- Внимание, сейчас наш благодетель господин Ж. будет раздавать нуждающимся деньги.
Толпа вновь загудела, но уже с оттенком разочарования: вот, дескать, ещё одни жулики; где ж такого дурака найдёшь, чтоб просто так деньги раздавал? Впрочем, уходить опять-таки никто не спешил. Люди ждали развязки. Той, когда изобличённым прохиндеям можно будет плюнуть в глаза и разойтись, сетуя друг другу на бардак в стране и невозвратимость советских времён.
Развязка наступила неожиданная, поистине фантастическая. Господин Ж., стоявший всё это время в сторонке, подошёл к помощнику, запустил руку в сумку и достал... ДЕНЬГИ!!! Запечатанную пачку сторублёвок!
Толпа остолбенела.
С хрустом разодрав крест бумажных лент, Ж. в сопровождении Петра и Селифана подошёл к замолкшим вмиг обывателям, вытащил из очутившегося в руке денежного веера купюру и протянул стоявшему напротив неприметному мужичку. Мужичок каким-то механическим движением взял бумажку и тупо уставился на неё, а Ж. тем временем уже оделял других.
За первой пачкой из сумки появилась вторая, за второй - третья. Первой мыслью энцев стало весьма справедливое подозрение: а не фальшивые ли деньги? Тем не менее, все известные им признаки подлинности были налицо.
Сто рублей - не слишком большая сумма в столицах, но для провинции "стольник" - реальное и всегда желанное подспорье в хозяйстве. Обыватели забеспокоились: каждый хотел получить деньги на халяву. Многие расторопные малые, обретя желаемое, тут же бросались домой за родственниками и знакомыми, чтобы те тоже поспешили взять свою долю. Некоторые особо ловкие умудрились урвать двести рублей, а кое-кто - аж триста! Благо господин Ж. не очень смотрел, кому суёт купюры. Начиналась давка. А толпа ширилась: на площадь прибывали жители города, оторванные от привычных забот неслыханным известием. Наспех одетые, не верящие ни единому слову запыхавшихся вестников, они тем не менее бежали к вокзалу, а прибежав, ломились к центру толкотни, где в небольшом пятачке свободного пространства, созданного широкими плечами Петра и Селифана, сумасшедший богатей с равнодушным выражением на лице молча раздавал сторублёвки.
Наконец, видимо, прискучив этим занятием, Ж. достал пачку вдесятеро толще обычной и метнул в воздух. Дождь денег пролился на взревевших в одну глотку людей. Новенькие, сладко хрустящие банкноты кружились в воздухе, увёртывались, будто издеваясь, от протянутых пальцев и нетронутые опускались на землю.
И тут толпа в несколько сот человек опустилась на четвереньки, выискивая на заплёванной брусчатке среди грязи, окурков и крышек от пивных бутылок вожделенные купюры.
Потеряв человечий облик, ползали и сквалыжник Сушкин, и не любивший упускать любой барыш хозяйственный Псевич, и промечтавший всё до голого брюха Блазнилов, и Вихров, спустивший на днях "однорукому бандиту" несколько тысяч, и контуженный ветеран Афгана майор Рублейкин, и даже дурная старуха Шкатулочка, таскавшая всюду фотографию Сталина, а теперь в общем безумии где-то бросившая её. Ползали - им не привыкать! - вокзальные бомжи в телогрейках, давно пропившие квартиры; ползали, злорадствуя над не давшими на опохмел жёнами, домашние алкоголики; протирали джинсы молодые одинокие мамаши, чтобы в кои-то веки купить детям какое-нибудь лакомство. И никто, никто, кроме, быть может, Петра с Селифаном, не видел, что за лицо было в эти минуты у господина Ж. Сквозь неприятные, но всё же человеческие черты как бы проступило рогатое свинячье рыло с острыми зубами древней рептилии и на диво смышлёными глазами, горящими злобным торжеством.
Грудой насекомых копошилась у ног господина Ж. толпа, недавно состоящая из относительно приличных людей и в единочасье превратившаяся в стадо обуянных алчностью скотов. То тут, то там начались ссоры.
- Убери грабли, черножопый! Понаехали из чуркистана! - донёсся откуда-то истерический взвизг.
- Сам чурка! - тявкнули в ответ. - Моё это!
Уж кто-то оттолкнул кого-то, а тот, взъярившись, хотел заехать кулаком в скулу, да ненароком хватил соседа по уху, и закипел на площади остервенелый русский мордобой.
Пьяные от накатывающей ненависти к собственной жизни и судьбе били друг друга люди, пускали юшку, ломали кости, забыв о господине Ж., его подручных и автомобиле. Да и тот не спешил напоминать о себе. Окинув брезгливым взглядом нежданное побоище, он удобно устроился на заднем сидении "Нексуса" среди десятка или около того одинаковых кожаных сумок, велел Селифану трогаться и покатил прочь от драки, которая вовсе не входила в его планы, хоть и не нарушила их.
А власти? - спросит меня читатель - что делали власти города Эн, когда неведомый господин Ж. смущал столь лёгких на драку уездных обывателей? А власти тем временем решали наиважнейшие вопросы: о назначении свиньи Хавроньи ответственной за выращивание в энском парке цитрусовых и выдвижении кота Мурзика в депутаты Государственной Думы. Городские же силы милиции охраняли здание администрации, от назойливых журналюг, вечно пытающихся пронюхать то, что ни им, ни электорату знать не следует.
Именно поэтому остались безнадзорными приведшие к буйству толпы бесчинства Ж., и "Нексус" беспрепятственно выехал из города. Никем не остановленный, он перевалил через железнодорожные пути, свернул на шоссе и, набирая скорость, помчался мимо бензоколонок, деревень, озёр, полей, лесов, рекламных щитов, водонапорных башен и почерневших столбов к недоступной нашему взору, и оттого вдвойне волнующей дали...

Бывает так на суетной земле, на Руси же особо: назовут человека подлецом, а пройдёт время, и - глядь - не так уж тот и гнусен, как мнилось, по сравнению с идущими ему вослед. Вот и господин Ж. при всей очевидной мерзости - не покажется ли он тем, кто будет после нас, заурядным, не заслуживающим особого внимания персонажем?
Стоит ли уделять место жизнеописанию сего героя? Немало таких. Родились, учились, женились, в водах смутного времени выловили не больно-то честными способами изрядный капиталец и, благодаря удачному сочетанию наглости с ловкостью, его преумножили - вот, собственно, и всё. Типичная для России история. Казалось бы, живи, радуйся жизни. Но нет! Необоримая, лютая страсть к безраздельному господству гложет их, и веленьем её катит по русским дорогам уже не безобиднейший, чисто по-человечески желавший достатка Пал Иваныч Чичиков, а господин Ж., скупающий хоть и суетные, и тёмные, но отнюдь не мёртвые души. И не обязательно ему в такой сделке просить о продаже. Сами, сами принесут товар! Только покажи краешек купюры - придут, прибегут, и вываляются в грязи, и пойдут на унижение. И совсем уж ни к чему подписывать предложенный чёртом-коммивояжёром адский контракт. Просто возьми первую бумажку! А уж господин Ж. не останется в долгу и оплатит тебе в рассрочку неудобства, связанные бездушной жизнью.
"Да бросьте, - скажут мне счастливые обладатели подобранных банкнот, - может, души и нету вовсе, а деньги - вот они! Пожили бы нашей жизнью, не рассуждали бы так!"
Не знаю, не могу ответить. Даже, наверное, не вправе отвечать, ибо не мне корить голодного за поднятый с земли хлеб. Но в часы тяжких раздумий, когда бас великого русского певца рокочет в колонках: "Le veau d'or est toujours debout!.."* - отчего-то мерещится мне, как идёт вслед за свинорылым проводником в чёрной машине пустоглазая толпа, судорожно сжимающая в руках заветные бумажки. Идёт, шагает, не противясь злой силе, и исчезает ряд за рядом в дымно-серой мгле, столь надёжно скрывшей грядущее, что даже призрачный запах тёплой крови не тревожит ещё не шагнувших за этот рубеж.
________________________
* Строчка из либретто оперы Шарля-Франсуа Гуно "Фауст", начинающая известный музыкальный фрагмент, который иногда именуют "Куплетами Мефистофеля". В русском литературном переводе она звучит следующим образом: "На земле весь род людской чтит один кумир священный, он царит над всей вселенной: тот кумир - телец златой". Одно из великолепнейших исполнений "Куплетов" - как в русском, так и во французском вариантах - принадлежит Фёдору Ивановичу Шаляпину.

11...25.IX.2005 н. э.

Пт, 16 окт, 2015, 10:51

Список моих графических работ пополнился портретом одного из непосредственных наставников в науке. К таковым с полным на то основанием я могу отнести очень немногих - чтобы их перечесть с избытком хватит пальцев одной руки. Увы, все они отошли от дел. Причём, не по своей охоте. Те же, с кем я имею неудовольствие работать ныне, несмотря на научные степени и звания, в большинстве своём являют образцы бездарности, сочетаемой с предельным чванством и совковым тупоумием. Хуже них - только их же молодые восприемники, у которых вместо взлелеянной совком тупости - крайняя беспринципность, доходящая иной раз до полного этического дальтонизма, когда несомненная гнусность совершается с ангельским выражением лица и блаженной уверенностью в собственной непогрешимости.
Но довольно о грустном. Лучше продемонстрирую результат, уповая на благосклонность фигуранта, на юбилей которому, сие произведение и будет преподнесено.

A genio lumen
2015 год
Бумага, карандаш
До поры лежит в ящике стола

Вс, 27 сент, 2015, 11:53

ПОЁТ...

000.jpg

Сб, 8 авг, 2015, 18:20

IN VINO VERITAS

В последнее время всё чаще стали спрашивать паспорт при покупке алкоголя. Приходится показывать. А что ещё делать, если не обзавёлся теми признаками, которые позволяют визуально отличить условно "взрослого" соотечественника от условно "невзрослого"? Ну нет у меня ни объёмного зада, ни брюха, ни плеши, ни кирпичной (во всех метафорических смыслах) физиономии, ни синюшных барачных татуировок, ни прокуренного голоса. Единственное свидетельство неумолимости Крона - несколько серебряных нитей в висках, но их, как вы понимаете, в качестве удостоверения личности не предъявишь.
В общем, это, конечно, весьма лестно, когда тебе сильно за тридцать, а подозревают, что ты отрок, не переступивший рубеж совершеннолетия, однако систематическое повторение данной коллизии потихоньку начинает утомлять.
Впрочем, я не в претензии к бдительным продавцам aqua vitae. Напротив, их позицию по этому вопросу я полагаю совершенно правильной, хотя и иной раз обременительной для клиентов.
Представляю, как по прочтении предыдущего абзаца просветлеют лица поборников детской "безопасности". Спешу разочаровать. Мнение моё основано отнюдь не на детолюбии.
Во-первых, по моему глубокому убеждению, никаких "детей" не существует. Существуют личинки людей, в настоящее время особой объективной ценности не имеющие. Во-вторых же, снижение поголовья этих личинок путём естественного отбора - а отбор сей безусловно естественен, ибо никто спиртное им в рот насильно не вливает - есть процесс в сущности пользительный (хотя и с некоторыми оговорками дискриминационного характера).
То, что "невинные детки" могут оказаться не столь уж невинными во внимание не принимается. А зря. Ибо иной (не такой уж редкий) раз не "детей" следует защищать от общества, а как раз наоборот. Писали про это и Голдинг, и Брэдбери, и Бёрджесс, и Кинг, и другие-разные, но всё втуне: профессиональные морализаторы читать, как правило, не любят, а если и читают, то лишь всякие приказы, уставы, уложения, кодексы, конституции и прочее юридическое словоблудие.
Впрочем, я отвлёкся. Дело вовсе не в том, что дитятко, упоровшись раствором зелёного змия, отблюёт напрочь свои внутренности. Дело в том, что сомнительного возраста клиент (не поймёшь - то ли двадцать ему, то ли шестнадцать) вполне может оказаться "подсадной уткой" каких-нибудь "праводетозащитных" контор, ибо прецеденты уже случались. Клюнуть же на эту "утку" - значит поиметь неприятности в виде штрафа, увольнения, а то и закрытия заведения. Не стоит подробно объяснять, что большинству вменяемых индивидов лучше от сего не станет вопреки набившим оскомину фарисейским сентенциям.
Нет, однако же, худа без добра. Из всего этого можно сделать ценнейший в смысле вспоможения нравственной ориентации вывод. Алкоголь (как и всякая дуалистичная сущность, имеющая глубокую укоренённость в нематериальной культуре) становится здесь индикатором истины, подтверждая правоту вынесенного в заглавие афоризма. Правоту в смысле разоблачения подлинных целей большинства "трезванутых". Очевидно ведь, что сей балаган есть провокация, ничего общего с защитой "детей" не имеющая. А имеющая общее с люмпенским желанием затеять скандал с бузой, и - если возможно - под шумок этой бузы поиметь какой-нибудь посильный профит в виде государственного субсидирования борьбы с подростковым алкоголизмом. Впрочем, материальный гешефт не есть самоцель: для подобного рода публики склока - сама по себе гешефт, праздник души и именины сердца.
Провокаторов такого пошиба, нужно наравне с шулерами бить канделябрами по мордасам и не пускать в приличные дома, не взирая на визг о "благе для подрастающего поколения". Благими намерениями вымощена дорога в известное заведение.

Ср, 18 фев, 2015, 08:53

Умственно отсталые существа ратуют за переименование Волгограда в Сталинград. Будто это что-то изменит, кроме появления очередной статьи бюджета, обременённой неизбежными распилами и откатами. Ментальный онанизм и победобесие во всей красе.
Со своей стороны, я бы предложил поистине соломоново решение: если уж так одолевает зуд переименования, то многострадальному городу следует вернуть историческое название Царицын, каковое он носил аж триста с гаком лет.

Вт, 23 дек, 2014, 06:50

BLUE MONDAY

Пн, 3 ноя, 2014, 06:21

ТУМАН

Ср, 20 авг, 2014, 06:34

SAPIENTI SAT

Слушал тут как-то приснопамятное творение Tiamat "Wildhoney", и ни с того ни с сего пробило вдруг на духовность. В результате решил аз, многогрешный, post factum живописно подискутировать с маэстро А. Рублёвым. Затея, понятно, бесперспективная по многим причинам, но, в конце концов, "всякое искусство совершенно бесполезно", как писал ещё один небезызвестный деятель этого самого искусства.



Троица
2014 год
Бумага, гуашь
Уффици, Флоренция, Италия Ага...


Иконописец, конечно, из меня тот ещё. Преподобного Андрея, подозреваю, от таких художеств хватил бы кондратий. Однако я свои немудрящие творения предметами культа делать и не стремлюсь. И прочим, кстати, стремиться не советую.

Чт, 7 авг, 2014, 06:25

Патриотизм хуже копрофилии. Что российский, что украинский, что любой другой. Потому что, если копрофилы обмазываются какашками и говноедствуют в частном порядке, то патриоты норовят втащить в свои девиантные досуги всех подряд. Сызмальства и без учёта желания. Лучше б математику учили, извращенцы...
Это всё, что я думаю по поводу пресловутой "политической обстановки".

Ср, 6 авг, 2014, 18:41

УХОДЯЩЕЕ СОЛНЦЕ

Вс, 13 июл, 2014, 07:57

MEMENTŌ MORĪ...

...как говорили древние латиняне.

Пт, 2 май, 2014, 17:38

Чуток минимализма в разрешении, как водится, 1280x1024:

20 most recent